Вахтанг Константинович Кикабидзе хорошо помнит, как много лет назад он, тогда еще не народный и даже не заслуженный артист Грузии, впервые приехал за границу с ансамблем «Орэра». В красивом будапештском аэропорту их бас-гитарист с двумя чемоданами в руках уверенной походкой подошел к двери и хотел пинком ее распахнуть, но — о чудо научно-технического прогресса! — та опередила его и отъехала в сторону, а музыкант неуклюже упал... Батоно Вахтанг никогда не открывал двери ногой — ни в высокие кабинеты, ни в чужую жизнь, не ломился бесцеремонно и в запертые наглухо души, но сердца зрителей распахивались перед ним сами. Певец и киноартист брал публику не горлом, а искренностью и теплом...
До недавних пор Кикабидзе называли в Москве грузином всесоюзного значения, мужиком на все времена и тбилисским мачо, ему, первому из иностранцев, заложили на Аллее звезд звезду и
